• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
03:25 

"Сотня", 2 сезон, 9-10 серии, заметки на полях.

Ночью на западном берегу пролива мы ловили креветок и черепах, забыв о кораблях неприятеля.©
Возвращение "Сотни", оказывается, тот ещё праздник. Пластырь для души, одним словом.



Это не к тому, что я хочу сейчас о двух последних сериях пост напитать. Это так — парочка мыслей на ночь глядя.

Во-первых — о ляпах, читать о которых уже оскомину набило. Каждая вторая рецензия на сериал начинается с этого. Такое чувство, что народ сидит перед экраном с блокнотами и подсчитывает сценарные ошибки. И все реплики во время просмотра звучат примерно так: "Ха, так не бывает! И так не бывает! Невозможно! Фигня! Бред! Да они бы давно передохли все при таком раскладе!"
Но. Сериал-то смотрится не ради этого. И даже — вопреки всему этому. Потому что он — об очень важных и серьёзных вещах. Очень просто и очень о главном. И с каждой серией — больше и глубже. Он обо всём. И о человечности в первую очередь. И он, да, для детей — и взрослых, забывших, что они были детьми. Что умели жить всей грудью, любить, терять, каждый день делать выбор. Умирать каждый день, потому что завтра с будильником, кофе и бегОм на работу тогда ещё не было. А был просто день, полный открытий и откровений, самосознания и осознания. День, за который они были в ответе. Вот о чём сериал на самом деле.

Во-вторых, если подумать, это ведь очень "за баб" киношка. И за "малых мира сего". Идея матриархата в "Сотне" реально душу греет. Женщина во главе народа не так уж и плохо смотрится. А женщина-ребёнок, оказывается, ещё круче. И это самое интересное. Потому что — ну чего мы ещё не пробовали в этом мире? Ребёнка на троне разве что. Не того, у которого регенты и прочие десницы, а настоящего вождя-ребёнка. Понятно, что и Лекси, и Кларк не десять лет, а все 18 как минимум, но в том-то и соль. Юность, которая так пугает взрослых, прожжённых жизнью и знающих в ней толк, чего она может натворить, если развязать ей руки, выпустить из "падиков" и интернетов? Об этом ведь даже думать жутковато. Но в свои 18 мы считали, что правы только потому что молоды. И были правы! Тогда — во всём.

Ну и в-третьих. У "Сотни" просто зашкаливающий гуманистический посыл. Он через каждую царапину на лицах персонажей просматривается. Человек! Ты — Человек! Это в каждой сцене, 25-м кадром. И это очень, очень круто. И всех ляпов стоит.

А если говорить о темах локального характера. То последняя — метафора наркотической зависимости, например. Какой ребёнок в наши дни не знает об этом? Но когда её разворачивают в таком вот иносказательно-пороговом ключе... блин, да у меня самой волосы на затылке шевелились. А девчонка моя так и вообще расплакалась.

@темы: заметки на полях, Сотня, сериалы

20:34 

"Зов кукушки". Роберт Гэлбрейт.

Ночью на западном берегу пролива мы ловили креветок и черепах, забыв о кораблях неприятеля.©
В качестве флэшбэка. Я не увидела в "Случайной вакансии" особой глубины. Не ощутила прорыва, выбрасывающего Роулинг за рамки амплуа детской писательницы. Скорее обнаружила ещё одну вымышленную реальность, описанную качественно, но с окружающей действительностью связанную лишь отдалённо. Несмотря на серьёзность поставленных проблем, не взирая на остроту тематики, ощущение, что "всё это не совсем по-настоящему", не покидало до самого конца. Хотя было интересно, правда. Но осадочек, как говорится, остался, и к "Зову кукушки" я подходила без особых ожиданий. Их отсутствие, наверное, и помогло роман дочитать. Когда от книги не ждёшь ничего особенного, к ней проще и мягче относишься — и даже находишь что-то приятное в процессе.

Немного о сюжете. Детективная интрига закручивается вокруг самоубийства Лулы Лэндри, известной модели, выбросившейся из окна. Версия самоубийства доказана полицией, но не принята братом Лулы, который и обращается к частному детективу в надежде докопаться до истины. Детектив — Корморан Страйк — не в ладах с собой и бывшей девушкой, но работать умеет. Причём намного лучше, чем видится его неожиданному клиенту. Помогает Страйку временная секретарша Робин, умная, серьёзная и во всех отношениях правильная девушка, скрывающая тягу к авантюризму под маской среднестатистического офисного работника. Постепенно дело Лулы Лэндри затягивает Страйка, обрастает деталями и оказывается далеко не таким простым, как казалось вначале. Естественно, у команды Страйка и Робин всё получается, им даже удаётся подружиться в процессе, и у читателя появляется надежда на продолжение.

Теперь о том, как это написано. Есть у Роулинг одна характерная особенность — ей удаётся создавать яркие образы, в основе которых лежат одна-две запоминающихся черты и при ближайшем рассмотрении за ними больше ничего не скрывается. О её героях не скажешь "тут столько всего намешано", наоборот — с ними с самого начала всё понятно, и раскрываются они классически, в заданном направлении, без зигзагов и закидонов за грани. Им явно не хватает объёмности, они такие — почти хрестоматийные. Не плохо прописанные, нет, скорее выдержанные в рамках художественной традиции, присущей как раз жанру детской литературы. Как в "Гарри Поттере". Но если там это было хорошо, то в "Случайной вакансии", например, не очень. С "Зовом кукушки" дело обстоит проще. Это не социальная драма, а лёгкий детектив, поэтому допустить существование в его мире типичных и где-то даже упрощённых персонажей вполне возможно. Они живые и, главное, симпатичные, больше от них ничего не требуется.

Однако неглубокие характеры задают и тон повествования. Может быть, даже язык произведения. С книжками Роулинг как раз так — словно фанфик читаешь. В излюбленных авторами фанфикшен выражениях. Когда эмоции, внутренние движения персонажа пытаются описать одним-двумя словами, с чётким легко прочитываемым значением. Ну например: "в задумчивости наморщил лоб", "вяло протянул", "остолбенел и уставился", "вытаращила серо-голубые глаза" , "туманно ответила" и т.д. Может, это и неплохо, потому что сразу ясно становится, что именно испытывает персонаж и как реагирует, но как-то уж слишком нарочито получается.

Ну и последнее. Художественная реальность. Как и в случае со "Случайной вакансией" — очень художественная. Условная, несмотря на то, что действие происходит в реальном городе, на реальных улицах, в реально существующих декорациях. Придуманный мир. Не маггловский, хотя и заселённый ими. Такой, знаете, киношный. Его очень хорошо по кадрам раскладывать. Экранизация получилась бы неплохая.



@темы: книги

18:25 

"Случайная вакансия". Дж. К. Роулинг

Ночью на западном берегу пролива мы ловили креветок и черепах, забыв о кораблях неприятеля.©
От "взрослого" романа Роулинг поневоле ждёшь чего-то особенного, а чего — чёрт знает, чего-то такого... такого... такого. В общем, видимо, ещё одного Гарри Поттера только в других декорациях. Роулинг же, прекрасно понимая, с чем ассоциируется, перевернула историю о Мальчике, Который Выжил с ног на голову и рассказала о девочке, которая выжить не смогла. Потому что Пэгфорд — не Хогвартс, да и Дамблдор, который даже в сказочном мире не протянул до конца, здесь вообще мёртв с самого начала. Так что идти не к кому, спастись негде, мир маглов холоден и равнодушен, а болтающийся без присмотра малыш, ревущий в голос и на всю округу, вызовёт разве что мысленное "безответственная дрянь" в адрес его матери — и только. У людей куча дел — им не до наркоманских отпрысков, забытых на скамейке в парке.

Роулинг слишком долго трудилась над созданием магической вселенной, вложилась в неё по полной, сделала почти осязаемой, живой, реальной настолько — что миллионы людей в неё поверили. И желание расколоть её на мелкие щепки, разобрать на винтики и посмотреть, что останется, в этом плане вполне понятно. Роулинг не просто пытается показать, что умеет писать о другом и по-другому, она размышляет над тем, что будет, если из мира выкачать всё волшебство. Поэтому и замыкает художественную реальность в пространстве одного маленького городка, накидывает на неё прочную смертельную петлю, закольцовывает композицию и тем самым развязывает себе руки. В пространстве замкнутого, чётко прорисованного круга, можно делать всё что угодно — всё внутри, всё в себе и никуда не денется. Пути эксперимента при этом неисповедимы, и куда он выведет — до конца непонятно. Торопиться нет смысла, чтобы увидеть — надо смотреть, смотреть не отрываясь.

Действие в "Случайной вакансии" развивается еле-еле, в час по чайной ложке, персонажи выходят на сцену не спеша и, кажется, без какой-либо заранее заданной последовательности. Все они чем-то связаны друг с другом и кем-то друг другу приходятся, но в той мешанине, что сопровождает их появление, вычленить их родственные, дружественные или наоборот связи оказывается крайне непросто. Их слишком много, они как пуговицы в бабушкиной шкатулке — все разные и не сочетаются ни по цвету, ни по размеру, их бы выбросить давно надо, но жаль — вдруг на что-нибудь да и сгодятся... Только вот на что может сгодиться толстый Говард Моллисон, например, самоуверенный и напыщенный, считающий себя чуть ли не центром мироздания, или жена его Ширли, ненавидящая врагов мужа и превратившая своё презрение к оным в дело своей жизни, или сын их Майлз, мямля и рохля, или жена его Саманта, натягивающая подростковые майки и грезящая об объятиях мальчишки из молодёжной поп-группы?

Роулинг щедро населяет Пэгфорд самыми обычными людьми, встречающимися на каждом шагу в любом магловском городе, — все они по-своему несчастны и ограничены своими же несчастьями, многие, впрочем, о несчастливости своей и не подозревают даже, как не подозревают и о том, что дети их — недолюблены, мужья и жёны — неверны, а друзья — как обычно наполовину. Человеческая слепота, спутанный моток ниток, где потянуть за одну не значит распутать все остальные. Как и прогулка по изнанке жизни не значит мгновенного перерождения, переосмысления личного опыта, прозрения и внутреннего очищения.

"Случайная вакансия" ни к чему не призывает, не несёт никакой воспитательной нагрузки, её задача — не научить жизни, а показать, какой она может быть. И то, что реальность в романе Роулинг оказывается такой, что лучше бы уж сказочная иллюзия, — результат не заранее продуманного повествовательно плана, а всего лишь то, к чему привёл писательский эксперимент. Да, в этом мире за красивым фасадом часто скрывается страшная грязища, но бывает и наоборот, как в случае с несчастной Кристал Уиндон, — чистое, живое и по-настоящему ценное может валяться в таких канавах, на таких зловонных помойках, где его никто и не увидит. Потому что в ту сторону смотреть не принято, да и противно, чего уж. И даже если вытащить его оттуда, отмыть как следует, посадить в лодку, заставить грести к признанию, возвести на пьедестал или, если и после этого ничего, и вовсе убить в надежде, что смерть-то уж точно привлечёт к себе внимание — всё равно большинство пройдёт мимо и по старой памяти отвернётся. Те, кто способен видеть — увидят, конечно, а те, кто слеп — не прозреют, хоть кол на голове теши. И ничегошеньки с этим не поделать. Такова жизнь. И такова "Случайная вакансия".



@темы: книги

00:26 

"Зов кукушки" Роберт Гэлбрейт

Ночью на западном берегу пролива мы ловили креветок и черепах, забыв о кораблях неприятеля.©
В качестве флэшбэка. Я не увидела в "Случайной вакансии" особой глубины. Не ощутила прорыва, выбрасывающего Роулинг за рамки амплуа детской писательницы. Скорее обнаружила ещё одну вымышленную реальность, описанную качественно, но с окружающей действительностью связанную лишь отдалённо. Несмотря на серьёзность поставленных проблем, не взирая на остроту тематики, ощущение, что "всё это не совсем по-настоящему", не покидало до самого конца. Хотя было интересно, правда. Но осадочек, как говорится, остался, и к "Зову кукушки" я подходила без особых ожиданий. Их отсутствие, наверное, и помогло роман дочитать. Когда от книги не ждёшь ничего особенного, к ней проще и мягче относишься — и даже находишь что-то приятное в процессе.

Немного о сюжете. Детективная интрига закручивается вокруг самоубийства Лулы Лэндри, известной модели, выбросившейся из окна. Версия самоубийства доказана полицией, но не принята братом Лулы, который и обращается к частному детективу в надежде докопаться до истины. Детектив — Корморан Страйк — не в ладах с собой и бывшей девушкой, но работать умеет. Причём намного лучше, чем видится его неожиданному клиенту. Помогает Страйку временная секретарша Робин, умная, серьёзная и во всех отношениях правильная девушка, скрывающая тягу к авантюризма под маской среднестатистического офисного работника. Постепенно дело Лулы Лэндри затягивает Страйка, обрастает деталями и оказывается далеко не таким простым, как казалось вначале. Естественно, у команды Страйка и Робин всё получается, им даже удаётся подружиться в процессе, и у читателя появляется надежда на продолжение.

Теперь о том, как это написано. Есть у Роулинг одна характерная особенность — ей удаётся создавать яркие образы, в основе которых лежат одна-две запоминающихся черты и при ближайшем рассмотрении за ними больше ничего не скрывается. О её героях не скажешь "тут столько всего намешано", наоборот — с ними с самого начала всё понятно, и раскрываются они классически, в заданном направлении, без зигзагов и закидонов за грани. Им явно не хватает объёмности, они такие — почти хрестоматийные. Не плохо прописанные, нет, скорее выдержанные в рамках художественной традиции, присущей как раз жанру детской литературы. Как в "Гарри Поттере". Но если там это было хорошо, то в "Случайной вакансии", например, не очень. С "Зовом кукушки" дело обстоит проще. Это не социальная драма, а лёгкий детектив, поэтому допустить существование в его мире типичных и где-то даже упрощённых персонажей вполне возможно. Они живые и, главное, симпатичные, больше от них ничего не требуется.

Однако неглубокие характеры задают и тон повествования. Может быть, даже язык произведения. С книжками Роулинг как раз так — словно фанфик читаешь. В излюбленных авторами фанфикшен выражениях. Когда эмоции, внутренние движения персонажа пытаются описать одним-двумя словами, с чётким легко прочитываемым значением. Ну например: "в задумчивости наморщил лоб", "вяло протянул", "остолбенел и уставился", "вытаращила серо-голубые глаза" , "туманно ответила" и т.д. Может, это и неплохо, потому что сразу ясно становится, что именно испытывает персонаж и как реагирует, но как-то уж слишком нарочито получается.

Ну и последнее. Художественная реальность. Как и в случае со "Случайной вакансией" — очень художественная. Условная, несмотря на то, что действие происходит в реальном городе, на реальных улицах, в реально существующих декорациях. Придуманный мир. Не маггловский, хотя и заселённый ими. Такой, знаете, киношный. Его очень хорошо по кадрам раскладывать. Экранизация получилась бы хорошая.

Как резюме. Мне не то что бы не понравилось, просто скучно было. И оказалось, что особо размышлять в итоге не о чём. А я люблю, когда всё наоборот.

@темы: книги, попытка осмысления

10:35 

"Щегол". Донна Тартт

Ночью на западном берегу пролива мы ловили креветок и черепах, забыв о кораблях неприятеля.©
"Щегол" прилетел как раз к Рождеству. С него начался новый книжный год, им его можно было бы и закончить. Прямо сейчас, не дожидаясь следующего Рождества. Потому что, во-первых, читать после Тартт невозможно в принципе — за что ни возьмись, всё кажется картонным и пресным, а во-вторых, возможно, и целого года не хватит, чтобы по-настоящему понять и оценить всю горькую прелесть этого плотного тягучего текста, в который проваливаешься с головой и не можешь вынырнуть, даже перевернув последнюю страницу. Донна Тартт, выпускающая по одному роману в десятилетие, — истинный мастер слова, каждая её книга продумана и отточена до совершенства, — штучный товар, ручная работа, тончайшее словесное кружево, к которому страшно прикасаться, а не прикоснуться — ещё страшнее. Потому что разминуться с Тартт — всё равно что разминуться с настоящей литературой: живой, умной, выдержанной в лучших традициях классики и в то же время чертовски современной.

"Щегол", к слову, точь-в-точь такой — в нём есть всё, что мы знаем, помним, любим и считаем лучшим из когда-либо написанного, это — его основа, фундамент, на котором строится новое, монументальное здание, сплав того, что было, есть и будет после, в невозможном мире, где от нас останутся лишь тени, скользящие по опустевшим музейным залам. Бестелесные призраки, замершие перед великими полотнами. Как вон тот мальчишка, пристально всматривающийся в желтогрудую птичку на картине Фабрициуса, — невыносимая печаль в глазах, сухая горечь в уголках губ, скрытая боль в стиснутых ладонях. Тео Декер — мальчик, который выжил и отчаянно жалел об этом; Гарри Поттер, не попавший в Хогвартс; Холден Колфилд, раз за разом возвращающийся в Центральный парк, к одной и той же скамейке, где его должна ждать мама, которой давным-давно нет на свете. Неоперившийся птенчик, навсегда привязанный к взрыву, разрушившему его мир. Не герой, всего лишь человек, проживающий жизнь как катастрофу. Жизнь, возведённую лёгкой рукой Тартт в статус абсолютной ценности.

Поэтому и "Щегла"правильнее всего будет назвать "романом одной души", её долгого хождения по мукам, опиумного сна и пробуждения, когда, казалось бы, проснуться уже невозможно — однажды утром, в Амстердаме, на Рождество. А до этого Тео Декер невзначай пропускает себя через прекрасный и яростный мир, включенный на полную мощность, — успевает побывать в роли домашнего мальчика и съехавшего с катушек подростка, испытать настоящую любовь и попытаться заменить её доморощенной подделкой, найти, потерять и снова обрести истинную дружбу, заварить не одну кашу и вляпаться не в одну неприятную историю. Но при всей внешней событийной насыщенности его внутреннее время течёт обратно — день за днём назад, туда, где нет и не может быть ничего. Неслучайно Тео думает, что лишь гостит в этом мире, и не подозревает о том, как дорог людям, впустившим его в свою жизнь. И лишь картина, украденная из музея, связывает его с ускользающей реальностью, становится тем самым гвоздиком, за который когда-то зацепилась его судьба, зацепилась — и удержалась.

"Щегол" пронизан ощущением хрупкости человеческого бытия, он начинается смертью и между строк дышит ею, но, несмотря на почти осязаемое её присутствие в романе, выводит читателя к свету и торжеству жизни. Через любовь, красоту, дружбу. Последняя, кстати, всегда занимала в художественном пространстве Тартт важное место. И здесь — тоже. Линия Тео и Бориса — одна из самых ярких и эмоциональных линий романа. А сам образ эксцентричного русско-украинского друга главного героя — замечательная и удивительная находка американки Тартт. Наверное, пьяный трёп двух никому, кроме них самих, не нужных подростков под палящим солнцем Вегаса я люблю больше всего. Наверное, сцена финального выхода просветлённого Бориса, рассуждающего о князе Мышкине, — моя любимая сцена в романе. Наверное, и Борис как таковой теперь один из моих любимых литературных персонажей. Есть в нём нечто такое, что понимаешь скорее не умом, а сердцем, и вот как это удалось Тартт — загадка. Как, впрочем, и весь "Щегол" для меня — загадка, так что это и не отзыв даже, а — надеюсь — всего лишь его предварительный набросок.

P.S. "Маленького друга" срочно перечитать. Кажется, в прошлый раз я просто ни черта не поняла.

@темы: книги, попытка осмысления

20:16 

Тестик для поднятия настроения

Ночью на западном берегу пролива мы ловили креветок и черепах, забыв о кораблях неприятеля.©
Вы Десятый Доктор
image

Десятый Доктор в целом предстает перед нами беззаботным, разговорчивым, добродушным, остроумным и дерзким, но он становится серьезнее при встрече с врагами. Он иногда такой же безжалостный и опасен, как и его седьмое воплощение, хотя имеет гораздо меньше склонности к сложным схемам и запутанным действиям. Подобно Седьмому и Девятому Доктору, Десятый иногда использует бодрый, энергетический внешний вид, чтобы замаскировать подлинные чувства. Он любит поболтать, всегда переплетает важную информацию с полной бессмыслицей, чтобы притупить бдительность врагов. Также, при случае, он может быть грубым и жестоким. Несмотря на постоянное сосуществование с людьми, Доктор глубоко одинок. Он говорит, что длительная жизнь — это проклятие Повелителя Времени, ведь все люди рано или поздно покидают его, а он продолжает жить. Так, когда оказывается, что Мастер жив, Доктор видит в этом конец. Он искренне плачет над телом Мастера, когда тот погибает, отказываясь регенерировать. Доктор очень сильно переживает за людей, погибших за него. Десятый Доктор более романтичный, чем любое из предыдущих его воплощений. Он не отказывается целовать Розу, мадам де Помпадур и Марту Джонс. Кроме того, он действительно влюблен в Розу и сильно страдает после того, как отправил ее в параллельный мир. Это воплощение Доктора является милосердным. Каждый раз когда по вине Доктора кто-то умирает, или должен умереть, Доктор произносит: «Мне жаль, мне очень жаль!»
Пройти тест

@темы: забавное

12:47 

"Случайная вакансия". Дж. К. Роулинг

Ночью на западном берегу пролива мы ловили креветок и черепах, забыв о кораблях неприятеля.©
От "взрослого" романа Роулинг я ждала чего-то особенного, а чего — чёрт знает, чего-то такого... такого... такого. В общем, видимо, ещё одного Гарри Поттера только в других декорациях. Роулинг же, прекрасно понимая, с чем ассоциируется, перевернула историю о Мальчике, Который Выжил с ног на голову и рассказала о девочке, которая выжить не смогла. Потому что Пэгфорд — не Хогвартс, да и Дамблдор, который даже в сказочном мире не протянул до конца, здесь вообще мёртв с самого начала. Так что идти не к кому, спастись негде, мир маглов холоден и равнодушен, а болтающийся без присмотра малыш, ревущий в голос и на всю округу, вызовёт разве что мысленное "безответственная дрянь" в адрес его матери — и только. У людей куча дел — им не до наркоманских отпрысков, забытых на скамейке в парке.

Роулинг слишком долго трудилась над созданием магической вселенной, вложилась в неё по полной, сделала почти осязаемой, живой, реальной настолько — что миллионы людей в неё поверили. И желание расколоть её на мелкие щепки, разобрать на винтики и посмотреть, что останется, в этом плане вполне понятно. Роулинг не просто пытается показать, что умеет писать о другом и по-другому, она размышляет над тем, что будет, если из мира выкачать всё волшебство. Поэтому и замыкает художественную реальность в пространстве одного маленького городка, накидывает на неё прочную смертельную петлю, закольцовывает композицию и тем самым развязывает себе руки. В пространстве замкнутого, чётко прорисованного круга, можно делать всё что угодно — всё внутри, всё в себе и никуда не денется. Пути эксперимента при этом неисповедимы, и куда он выведет — до конца непонятно. Торопиться нет смысла, чтобы увидеть — надо смотреть, смотреть не отрываясь.

Действие в "Случайной вакансии" развивается еле-еле, в час по чайной ложке, персонажи выходят на сцену не спеша и, кажется, без какой-либо заранее заданной последовательности. Все они чем-то связаны друг с другом и кем-то друг другу приходятся, но в той мешанине, что сопровождает их появление, вычленить их родственные, дружественные или наоборот связи оказывается крайне непросто. Их слишком много, они как пуговицы в бабушкиной шкатулке — все разные и не сочетаются ни по цвету, ни по размеру, их бы выбросить давно надо, но жаль — вдруг на что-нибудь да и сгодятся... Только вот на что может сгодиться толстый Говард Моллисон, например, самоуверенный и напыщенный, считающий себя чуть ли не центром мироздания, или жена его Ширли, ненавидящая врагов мужа и превратившая своё презрение к оным в дело своей жизни, или сын их Майлз, мямля и рохля, или жена его Саманта, натягивающая подростковые майки и грезящая об объятиях мальчишки из молодёжной поп-группы?

Роулинг щедро населяет Пэгфорд самыми обычными людьми, встречающимися на каждом шагу в любом магловском городе, — все они по-своему несчастны и ограничены своими же несчастьями, многие, впрочем, о несчастливости своей и не подозревают даже, как не подозревают и о том, что дети их — недолюблены, мужья и жёны — неверны, а друзья — как обычно наполовину. Человеческая слепота, спутанный моток ниток, где потянуть за одну не значит распутать все остальные. Как и прогулка по изнанке жизни не значит мгновенного перерождения, переосмысления личного опыта, прозрения и внутреннего очищения.

"Случайная вакансия" ни к чему не призывает, не несёт никакой воспитательной нагрузки, её задача — не научить жизни, а показать, какой она может быть. И то, что реальность в романе Роулинг оказывается такой, что лучше бы уж сказочная иллюзия, —результат не заранее продуманного повествовательно плана, а всего лишь то, к чему привёл писательский эксперимент. Да, в этом мире за красивым фасадом часто скрывается страшная грязища, но бывает и наоборот, как в случае с несчастной Кристал Уиндон, — чистое, живое и по-настоящему ценное может валяться в таких канавах, на таких зловонных помойках, где его никто и не увидит. Потому что в ту сторону смотреть не принято, да и противно, чего уж. И даже если вытащить его оттуда, отмыть как следует, посадить в лодку, заставить грести к признанию, возвести на пьедестал или, если и после этого ничего, и вовсе убить в надежде, что смерть-то уж точно привлечёт к себе внимание — всё равно большинство пройдёт мимо и по старой памяти отвернётся. Те, кто способен видеть — увидят, конечно, а те, кто слеп — не прозреют, хоть кол на голове теши. И ничего, ничегошеньки с этим не поделать. Такова жизнь, ребята. И такова "Случайная вакансия".

@темы: попытка осмысления, книги

13:37 

"Эндимион". "Восход Эндимиона" Дэн Симмонс

Ночью на западном берегу пролива мы ловили креветок и черепах, забыв о кораблях неприятеля.©
Мне не хотелось ставить дилогии об Эндимионе две звезды. Правда. Однако поставить больше рука так и не поднялась. Ползвезды — за последние главы, за то, что Симмонс всё-таки завершил эту невыносимую, утомительную — миллион раз скучную — эпопею. За избавление от Рауля и Энеи, за прекращение бессмысленной скачки по мирам бывшей Сети, за точку — в общем, за точку. Потому что в этой истории она как ни крути — лучшее.

Итак, что у нас есть? Вселенная "Гипериона" через 300 лет после Падения Гегемонии Человека. Нуль-порталы разрушены: некогда тесно связанными, а теперь разбросанными по бескрайним просторам Вселенной мирами правит Церковь во главе с бессменным Папой. Люди больше "не умирают навсегда", точнее не умирают те люди, что добровольно принимают крестоформ, способный раз за разом возвращать своего носителя к жизни. Правда, если раньше крестоформ лишал человека разума, то теперь с этой проблемой покончено. Как? Неизвестно. Разгадка будет, но чтобы до неё добраться, читателю придётся окунуться в такую тягомотину, что, честно, ну их к чёрту, и крестоформы, и Церковь, и Папу, и их главную угрозу —новую Мессию с её возлюбленным.

Новая Мессия, кстати, — дочь Ламии Борн и кибрида Джона Китса Энея, рождённая на Гиперионе и шагнувшая в Гробницы Времени, чтобы появиться в "прекрасном новом мире" и завершить начатую паломниками к Шрайку борьбу против вездесущего искусственного интеллекта в лице ИскИнов Техноцентра, не уничтоженных, а по-прежнему плетущих свои хитрые сети и продолжающих паразитировать на человечестве, только уже по-другому. Ей помогают некто Рауль Эндимион, уроженец Гипериона, молодой, не отличающийся особым умом и сообразительностью парень, воспитанный на Песнях Мартина Силена и отказавшийся от святого крещения, а также уже знакомый нам по "Гипериону" синекожий андроид А.Беттик. Отчаянная троица отправляется в странствия по мирам бывшей Сети, прыгая с планеты на планету, скрываясь от посланной Церковью погони и явно преследуя какую-то великую цель, вот только какую — не ясно до самого конца первой книги. В результате вся первая часть дилогии воспринимается как бессмысленный и беспощадный по отношению к читателю квест — и даже описания дивных новых миров, восполняющие пробелы в визуальной картине Вселенной "Гипериона", не спасают ситуацию. Герои бегут, бегут и ещё раз бегут: Рауль ни черта не понимает, Энея вроде бы знает что к чему, но объяснениями себя не утруждает, А.Беттик по большому счёту молчит, наблюдает и помогает друзьям чем может. Ску-ко-ти-ща, в общем. И даже появление персонажа, явно позаимствованного из мира второго "Терминатора", как, впрочем, и общая концепция противостояния двух мыслящих машин, не вдохновляет и не притягивает — слишком узнаваемо, слишком просто, слишком пафосно. Так что по окончании первой книги радует только то, что персонажи наконец-то добрались из точки А в точку Б, а значит, можно надеяться, что в будущем история наберёт обороты и реабилитирует себя.

Однако не тут то было. "Восход Эндимиона" оказывается ещё скучнее, продираться через него ещё тяжелее, желание захлопнуть книгу и никогда больше не открывать — ещё острее. Всё те же путешествия по мирам бывшей Сети, всё тот же бесконечно ноющий, несчастный Рауль Эндимион, страдающий то из-за камней в почках, то из-за приступов ревности. Всё та же Энея, выросшая и ставшая вдвойне загадочной, потому что теперь на все вопросы своего недалёкого возлюбленного научилась отвечать "я объясню позже" и "сейчас не время". Плюс отвратительная до тошноты любовная линия — секс, неприятный и липкий, постоянные недомолвки и подозрения, розовые сопли, размазанные по щекам слёзы... любовь, в общем, о которой будут слагать легенды. Фу.

Философия? Есть, конечно. Энея ведь Мессия, ей открыто тайное знание, о нём она и говорит ближе к концу истории. Когда сама история надоедает до зубовного скрежета. А потому и концепция выбора, сдобренная отсылками к классическому дзен-буддизму, и откровения о сущности Техноцентра, об истиной природе ИскИнов и тайне крестоформа проходят как бы фоном и — увы — не цепляют и в сознании не откладываются.

"Гиперион" (я имею в виду оба романа) прекрасен, совершенен как в плане формы, так и в своей сюжетной составляющей. По сравнению с ним "Эндимион" и "Восход Эндимиона" кажется сплошным недоразумением. Право слово, зря я это читала.

@темы: книги, попытка осмысления

17:28 

По поводу

Ночью на западном берегу пролива мы ловили креветок и черепах, забыв о кораблях неприятеля.©
Встречать Новый год с родителями — это, конечно, здорово. Тихо, мирно, спокойно, без головной боли наутро к тому же. Единственное, что меня выбило вчера из колеи — это новогодние концерты по федеральным каналам. Вот правда, для кого их делают? Я изо всех сил старалась проникнуться, почувствовать что-то, как-то эмоционально отреагировать. И ничего в итоге. Одно сплошное раздражение и тоска по напрасно потраченному времени. Разве что мамины комментарии по поводу того, кто на сколько килограммов потолстел и как на ком тот или иной костюмчик сидит, позабавили. А карму пришлось восстанавливать аж до шести утра — "Шерлоком".

@темы: обо мне

18:08 

Итоги года.

Ночью на западном берегу пролива мы ловили креветок и черепах, забыв о кораблях неприятеля.©
Это был ужасный год. Всё что я о нём знаю — ужас. Внутренний и внешний — ужас. С прописных букв.

О чём я думала. Боже, боже, всё кончено, всё пропало, ядерная война и личный апокалипсис, спасенья нет, надежды нет, меня больше не существует.
Что я видела. Боже, боже, я в месте, которого нет на картах, как они здесь живут, как они могут здесь жить, почему они с этим смирились?
Что я ощутила к концу декабря. Ну живут же. Может, так и надо. Кому-то — то, что было у меня раньше, кому-то — то, что у меня сейчас. Мне. Так и надо, дуре.
Что я поняла. Есть люди, которых я люблю, и которые меня любят, несмотря ни на что. Аня.

А теперь, о том что не даёт умереть.

Книга года. Плохой год. Почти без книг. Точнее с книгами, но с такими, что не за душу. Ни одной "Игры Эндера" за весь год. Впрочем, наверное, так и должно быть — "Игра Эндера" бывает лишь раз в жизни, и завидуй потом себе, когда-то просветлённой.

Книжное открытие года — Захар Прилепин. "Грех" — литература. Русская до мозга костей. Прекрасная. Жизнеутверждающая. С Захаром, если не пить, то разговаривать между строк. Буду. У меня с ним всё только начинается. Это мой современный Достоевский, ага.

Персона года. Дмитрий Быков. Это мой сегодняшний Лев Толстой, да. Без него я бы с ума сошла ещё летом, а так жива и здорова.

"Лучшее из прочитанного""Мир глазами Гарпа" Ирвинга. Если бы... то я бы хотела написать что-то подобное. Трилогия о Хаосе Патрика Несса — если бы я писала для подростков, то только так.

С книгами всё. Теперь — театр. О, у меня в этом было столько театра, что страшно представить — мне всегда хотелось, и — ура! — сбылось. Не со мной, с Полинкой — но это всё равно что со мной. Я в курсе, что свои мечты через детей не воплощают, но в театр я её привела так, как хотела, чтобы меня привели когда-то. Я её помню там — маленькую, испуганную, что-то лепечущую про кино и о том, как она его любит. Помню на вступительном прослушивании, читающую Гумилёва... Помню неделю назад, на сцене, в воздушном оранжевом платьице. "Полинка пришла к нам совсем недавно, и уже успела... удивительная девочка, пластичная, трудолюбивая, способная" и что-то ещё, от чего у меня по коже бежали мурашки и по щекам — слёзы.

Из "Красной Шапочки"

"Фильм года". Такое чувство, что я опять не смотрела кино. Правда. Поэтому — "Интерстеллар". Не то чтобы "с ума сойти какая история", но на безрыбье... очень крутая фантастика, между прочим.

"История, сделавшая этот год прекрасным, несмотря ни на что". "Доктор Кто". Я даже не знаю, как об этом говорить. Это не история даже, это жизнь. Лакмусовая бумажка на всё оставшееся будущее. Да, я могу понять нелюбовь ко многим вещам, но нелюбовь к Доктору мне недоступна.

"Город этого года". Москва.

object width="550" height="110">
Прослушать или скачать Марк Потапов 9 лет Москва - бесплатно на Простоплеер

Человек года. АНЯ. Я не знаю, что было бы со мной сейчас, если бы в моей жизни не было Ани. Весь ужас этого года прощается и искупляется Аней. Остро и резко — мы в Сургуте, идём из "Пипла", все вместе, и она берёт меня за руку — это точка отсчёта. Момент (привет Доктору). Просто важно — очень важно — жить и знать, что где-то есть кто-то, кого понимаешь ты и кто понимает тебя. Что бы ни случилось, как бы плохо всё ни было.

00:49 

"Доктор Кто. Последнее Рождество". Катарсис

Ночью на западном берегу пролива мы ловили креветок и черепах, забыв о кораблях неприятеля.©
Вот так вот смотришь, смотришь целый сезон, придираешься ко всему, дуешься чего-то, а потом садишься, включаешь гирлянду на новогодней ёлочке, ждёшь рождественской сказки, а он, он, он — Моффат! Гениальный, великолепный, чудовищный! Подмигивает тебе, укачивает в тёплых объятиях — Санта-Клаус, эльфы, олени — а потом скручивает в узел, выворачивает наизнанку, и одним движением снимает кожу — весь твой с таким трудом нарощенный панцирь, всю твою чёртову броню — одним махом в пыль, в хитиновый прах, в пепел! Усилить боль, сделать её невыносимой, неудержимой, сжигающей, потому что... каждое Рождество может быть последним.

Мой Доктор, моя Клара, моя история. Вот только как теперь успокоиться, как перестать реветь, как заснуть снова?

P.S. Второй раз легче. Но всё равно до слёз.

@темы: Доктор Кто

22:53 

"Жертва" (Prey), мини-сериал

Ночью на западном берегу пролива мы ловили креветок и черепах, забыв о кораблях неприятеля.©
Надо было отвлечься от так сильно зацепивших меня мальчиков и девочек, сброшенных на Землю из далёкого космоса, да и по Джону я уже успела соскучиться, так что "Жертва" пошла на ура и была проглочена за один присест. Собственно, сам по себе этот мини-сериальчик не представляет ничего особенного, но сделан хорошо и смотрится с интересом.



Речь в нём идёт о сотруднике полиции Маркусе Фэрроу (Джону полицейские удаются, чего уж там), обвинённом в убийстве собственной жены и сына и потому вынужденном скрываться и вести личное расследование. По пятам Маркуса идут бывшие друзья и коллеги, и, чтобы доказать свою невиновность, ему придётся посмотреть на них другими глазами, отказаться от иллюзий на тему крепкой мужской дружбы и надёжного товарищеского плеча.

Особой новизной сюжет, конечно, не отличается и в чём-то даже оказывается вполне предсказуемым, однако благодаря старательно проработанных образам главных героев сериал добирает необходимые баллы и по пятибальной шкале заслуживает твёрдой четвёрки. При этом главной чертой всех персонажей "Жертвы" оказывается их доведённая до совершенства обычность. Они такие люди в квадрате, лишённые киношного лоска, понятные и уязвимые. Само собой, все с проблемами. Опять же — абсолютно человеческими проблемами. Никто не задвигается на тему спасения мира и борьбы со злом в лице крупных и мелких преступных элементов — люди просто ходят на работу, едят пирожки, разговаривают о том о сём, совершают ошибки и пытаются скрыть их последствия. Иногда перегибают палку, а перегнув — всеми доступными способами заметают следы, потому что не хотят лишиться работы, пенсии, репутации и чего-то там ещё по мелочи. Собственно, и причина случившейся с Маркусом трагедии по сути чушь, а не причина. Просчёт, стоивший жизни невинной женщине и ребёнку, ошибка, которой можно было избежать. В этом, кстати, и кроется главный ужас. В нелепостях, ломающих мир, в реальности невозможного, в осязаемости того, чего ты и представить себе не можешь.

Роль загнанного в угол, но не сдавшегося человека Джон отрабатывает на все сто процентов, за ним, как всегда, чертовски интересно следить, он, как обычно чуть лучше коллег по съёмочной площадке. Впрочем, говоря о "Жертве" нельзя не отметить страшненькую Рози Кавальеро, потрясающе сыгравшую детектива Сьюзи Рейнхарт, вложившую в поиски Маркуса всю свою бесхитростную душу. Сьюзи — один из самых, если не самый достоверный образ в "Жертве", она чертовски живая со всеми её шоколадными батончиками, чебуреками и безуспешными попытками наладить отношения с бывшим мужем. Клёвая-клёвая Сьюзи, настоящая — от кончиков грязных волос до синяка на скуле.

Ну и по поводу развязки — на мой взгляд, у истории очень логичное завершение, такое, каким и должно быть, — в меру драматизма, в меру бытовухи, в меру слёз и нежности — в меру.

@темы: сериалы, попытка осмысления

02:23 

"Сотня" (The 100), 2 сезон, 1-8 серия

Ночью на западном берегу пролива мы ловили креветок и черепах, забыв о кораблях неприятеля.©
Блииииин, готовые серии закончились, и девятую придётся ждать в реальном времени. А я втянулась, да так, что после финала восьмой натуральным образом умывалась слезами. Нет, может быть, всё не так уж и плохо, ведь я же не "Игру престолов" смотрю, однако...

Второй сезон превзошёл все мои ожидания. Сериал, будучи динамичным с самого начала, набрал такие обороты, что дух захватывает: каждая серия — событие, каждое событие — толчок к новому, оторваться невозможно, выбросить из головы нереально. Да и ляпов стало намного меньше, как и предсказуемых сюжетных ходов в целом. В общем, всё очень смотрибельно, классно, почти на "пятёрку".

размышления по поводу

@темы: попытка осмысления, Сотня, сериалы

21:32 

"Сотня" (The 100), 1 сезон

Ночью на западном берегу пролива мы ловили креветок и черепах, забыв о кораблях неприятеля.©
Фантастический (назвать его научно-фантастическим у меня язык не поворачивается) молодёжный сериал "Сотня", стартовавший на канале CW в 2013 году, кажется своего рода "открытой книгой" — смотреть его на редкость легко, потому что большинство сюжетных ходов на поверку оказываются чертовски предсказуемы, да так, что местами за сценаристов становится стыдно. Посудите сами: когда в кадре на пол падает нож с отравленным лезвием, зритель тут же догадывается, для чего именно он падает, в чьих руках окажется и какую роль сыграет, — и так раз за разом, перипетия за перипетией. Да и откровенных сюжетных ляпов тут тоже не мало. Достаточно вспомнить женщину, девять месяцев скрывавшую свою беременность, в условиях, где скрыть её невозможно, потому что физиологические изменения не скроешь, находясь на виду огромного количества людей. Предсказуемость и ляпы — наверное, и есть то, что вызывает резкую волну негатива у продвинутой публики сериаломанов, но я себя к оной не отношу, поэтому признаюсь в открытую: мне сериал понравился. Даже больше — я качаю второй сезон и с нетерпением жду возвращения в полюбившуюся уже компанию.



Итак, о чём она, эта простая-простая история? О людях, бежавших с Земли в космос и однажды вернувшихся на Землю. По легенде, после атомной войны жизнь на планете была уничтожена, а человечество, точнее его остатки, укрылось на борту огромного космического корабля "Ковчег" и вынуждено жить и развиваться в условиях замкнутого пространства, в обществе, где строго контролируется рождаемость, а нарушителям закона неминуемо грозит смертная казнь — так и уровень преступности снижается, и в случае чего кислород экономится. Кстати, о кислороде. История начинается с того, что руководство "Ковчега" обнаруживает серьёзные и — увы — непоправимые неполадки в системах жизнеобеспечения. На корабле кончается кислород, жить "Ковчегу" осталось максимум полгода и сделать с этим ничего нельзя. Единственная надежда человечества — Земля, на которой за 97 лет отсутствия человечества могло произойти всё что угодно. Чтобы узнать, пригодна ли планета для жизни, готова ли принять назад своих провинившихся детей, правящая элита "Ковчега" отправляет на Землю корабль, на борту которого находятся 100 малолетних государственных преступников. Для "Ковчега" они и ненужный балласт, и последний шанс на спасение одновременно. О них, собственно, и пойдёт и речь в сериале.



"Сотня" действительно отсылает зрителя к "Повелителю мух" Голдинга, практически дословно воспроизводя его сюжетную коллизию, но не ограничивается этим. Главные герои сериала — идут дальше и, обретая страшный опыт жестокости внутри своего замкнутого группового пространства, выходят за его пределы, где тоже, оказывается, немало страшного и интересного. Чем-то это даже похоже на Lost, во всяком случае "лостовские" элементы здесь налицо, что вовсе неплохо, наоборот — радует узнаванием.

Радует в сериале и набор главных персонажей. Они, конечно, там все самые что ни на есть "няшечки", ну и что? Лично мне смотреть на них было приятно, в конце концов, в красивых людях нет ничего плохого, это даже здорово, что персонажи — не сплошь моральные уроды, а нормальные мальчики и девочки, которые совершают ошибки, взрослеют и, кстати, действуют, не злоупотребляя излишней рефлексией по поводу и без.

И вот ещё что: один из пользователей Кинопоиска написал "Не тратьте на просмотр «Сотни» свое время. Сериал может понравиться только юным барышням, которые устали вздыхать по нестареющему Роберту Патиссону и смогут найти в сериале не менее слащавых объектов для своих девичьих грез". В другом настроении, я бы, может быть, с ним и согласилась. Как-никак толика правды в его словах есть. В общем, хоть по Патиссону я и не вздыхала, но в "Сотне" "свой" объект нашла. Беллони, да, кто же ещё.



В качестве резюме: "Сотня" определённо понравится тем, кто не равнодушен к молодёжным проектам, хочет посмотреть интересный приключенческий сериал, без нагромождения сложных психологических ситуаций, но с качественной визуальной составляющей и симпатичными героями, а также готов закрыть глаза на некоторые огрехи в сценарии и простить сериалу общую сюжетную предсказуемость.

@темы: попытка осмысления, Сотня, сериалы

23:43 

На выдохе

Ночью на западном берегу пролива мы ловили креветок и черепах, забыв о кораблях неприятеля.©
Ну и денёк сегодня был — просто ух! Дождь прекратился, улицы замёрзли: ноги целы — уже счастье. Хотя самая-самая радость — это Полинкин отчётный концерт. Девочку приняли в труппу, теперь она актриса Театра молодого актёра. И хотя я знала, что её примут (она с середины ноября два раза в неделю играет в спектакле), однако всё равно чего-то разволновалась и расплакалась даже. Фууух.

@темы: Полинка

23:41 

Фанатское

Ночью на западном берегу пролива мы ловили креветок и черепах, забыв о кораблях неприятеля.©
После An Adventure in Space and Time меня, естественно, потянуло на классику, но я та ещё ленивая задница и временами бываю очень похожа на девочку, читавшую "Умную Марселу", поэтому, чтобы уж точно знать, что будет интересно, начала пересматривать любимые серии ньюскула. Посмотрела, между прочим, почти весь первый сезон и просто без ума от Девятого — наверное, это самый позитивно-безбашенный Доктор, а как танцует, как танцует, блин, я в восторге!

Сегодня пересматривала "Девушку в камине". Боже мой, какая же это пронзительная история! У меня насморк после поездки к маме, так что носом хлюпала в два раза сильнее. И, оказывается, из-за Одиннадцатого, который то и дело врывается в жизнь с экрана телевизора благодаря Полинке и уже давно стал совсем моим Доктором, я начала забывать, как сильно любила Десятого и какой он чудесный парень. Сегодня вспомнила. И мне опять кажется, что у всего мира щемит сердце...

@темы: персоносфера, Доктор Кто

23:10 

О книжках между делом

Ночью на западном берегу пролива мы ловили креветок и черепах, забыв о кораблях неприятеля.©
Народ на ЛайвЛибе вовсю читает новую книгу Донны Тартт. У меня тоже руки чешутся и глаз дёргается от нетерпения, однако крутость "Щегла" не в том, что он, как говорят уже ознакомившиеся, крут (что вполне вероятно), а в том, что благодаря ему — та-да-да! — Corpus переиздал "Тайную историю". Я за ней уже несколько лет охочусь, хочу поставить на свою книжную полку и всё тут! Поэтому сегодня чуть не задохнулась от радости (и жадности). В общем, заказала, жду в компании вышеупомянутого "Щегла", надеюсь последний будет не таким скучным, как "Маленький друг", а под стать "Тайной истории" — большим, серьёзным, глубоким романом.

@темы: книги, заметки на полях

22:58 

"Падение Гипериона". Дэн Симмонс

Ночью на западном берегу пролива мы ловили креветок и черепах, забыв о кораблях неприятеля.©

После великолепного, виртуозно написанного "Гипериона" я немного опасалась браться за продолжение. Обернувшийся началом финал первой книги лишь приоткрыл Гробницы Времени, при этом оставил открытыми уйму вопросов и не на шутку раззадорил читательское любопытство. Хотелось экшена, лирики, философии — всего и сразу, в одном котле, под одной обложкой и с тем же градусом. Поэтому и было страшно. Впрочем, Симмонс не подвёл, и ожидания оправдались в полной мере. Более того, "Падение Гипериона", на мой взгляд, ни чем не уступает первой книге. Да, выдержано оно в другом стиле, но и здесь форма подачи сюжетного материала — выверена и по-своему совершенна.

Мы больше не слышим отдельных голосов паломников, рассказывающих свои истории, зато видим их всех глазами стороннего наблюдателя — второго кибрида поэта Джона Китса, чьё появление на страницах романа хоть и кажется поначалу не совсем понятным, однако в итоге расставляет все точки над "i" и полностью себя оправдывает. Потому что, помимо наблюдения за паломничеством к Шрайку, Джон Китс выполняет ещё одну очень важную функцию — соединяет две параллельно развивающиеся сюжетные линии, вовлекая читателя в большую политическую игру, последствия которой страшны и неотвратимы.

В мирную жизнь Человеческой Гегемонии врывается тотальная галактическая война, естественно, спланированная заранее, но, как и любая война, непредсказуемая в своём развитии. Акценты смещаются, на арену выходят другие персонажи, среди которых резко выделяется фигура секретаря сената Мейны Гладстон. Она — самое сильное звено в истории, от выбора, который ей предстоит сделать, зависит судьба человечества, а застрявшие в песках Гипериона паломники — главные фигуры в её последней игре, её козыри, её "тёмные лошадки", её личные "боги из машины". Им тоже придётся выбирать и рисковать всем, и они тоже не знают, справятся ли...

В общем, в приключенческом плане, в насыщенности действия как такового "Падение Гипериона" остаётся на высоте, но, что радует особенно, философская составляющая при этом не уходит на второй план. И даже больше — моральные, этические, религиозные вопросы выводят второй роман о Гиперионе на ещё более высокий уровень: кажется, что Симмонсу удаётся затронуть в нём всё, при том что и сам "Гиперион" касался множества интересных и неоднозначных тем. В продолжении, кстати, все они находят развитие. Здесь есть над чем подумать, чему удивиться и о чём пожалеть. Симмонс не просто развлекает читателя, он ещё и вовлекает его в процесс решения сложных нравственно-гуманистических задач, показывая насколько тяжёлыми и непоправимыми могут быть последствия, казалось бы, правильно принятого решения.

И, конечно же, несмотря на в целом оптимистичный финал, "Падение Гипериона" — очень грустная книга. Она исполнена тревоги за будущее человечества и звучит как молитва о его судьбе, в ней есть место великой любви и печали, невосполнимым утратам и обретению надежды, беспросветному мраку и тихому свету первых вечерних звёзд. Она зовёт на просторы необъятной вселенной и напоминает о том, что нет ценности выше родного дома и своей планеты, без которой люди — всего лишь бродяги, затерявшиеся среди множества ярких, но холодных миров.

P.S. "Гиперион" и "Падение Гипериона" представляют собой целостное, но всё же не законченное произведение. И финал у него — финал с лазейками, через которые при желании можно попасть туда, где водятся львы, и тигры, и медведи, где по-прежнему живёт и здравствует необъяснённый до конца Шрайк и куда я, наверное, всё-таки загляну хотя бы по одной простой причине: эта история на самом деле настоящий праздник чтения и я не хочу лишать себя возможности его продлить.

@темы: книги, попытка осмысления

13:30 

Мой личный "Оскар". День 27

Ночью на западном берегу пролива мы ловили креветок и черепах, забыв о кораблях неприятеля.©
Незаслуженно малоизвестный или забытый фильм.

Я даже подумать толком не успела, как на ум пришли любимые британские сериалы. Я, если честно, не особо слежу за рейтингами, так что не совсем уверена в их "малоизвестности", но по количеству упоминаний в широких кругах, они кажутся именно такими. Я бы сама на них, наверное, никогда не наткнулась, если бы однажды вдруг не заинтересовалась британским кино. И даже "Жизнь на Марсе", скорее всего, посмотрела бы в американской адаптации, если бы не...

"Изгнание" (Exile). Тонкий психологически выверенный фильм, на новый лад рассказывающий историю блудного сына. Великолепная игра Джима Бродбента в роли больного Альцгеймером отца главного героя и не менее точная в плане попадания в образ — Джона Симма, чей персонаж и есть тот самый "потерянный ребёнок", вернувшийся домой после 18-летнего отсутствия.

"Бродчёрч" ("Убийство на пляже"). Атмосферный, почти медитативный детектив, дающий возможность не только проверить свои дедуктивные способности, но и поразмышлять над превратностями судьбы.

Mad Dogs ("Бешеные псы"). Совершенно абсурдная, трагифарсовая история о приключениях четверых школьных приятелей, оказавшихся не в то время и не в том месте. Построенная на сочетании самых разных жанровых клише, но не теряющая при этом собственной оригинальности. Пособие для сценаристов, мечтающих написать правильный, выстроенный по законам драматической перипетии сценарий. И просто крутое кино — смешное и жуткое одновременно.

"Чёрное зеркало" и "Заточенные кепки". Ставлю их в один ряд, потому что оба всё-таки довольно известны у нас, а я никак не соберусь написать о них хотя бы пару слов. И оба безусловно великолепны.

И, отстраняясь от британского кино, отдаю первое место нашему. Точнее моим любимым, снятым в странные 90-е годы, "Мальчикам", и незаслуженно забытым и малоизвестным одновременно. Достоевский навсегда, в общем!


@темы: Мой личный "Оскар"

22:45 

An Adventure in Space and Time.

Ночью на западном берегу пролива мы ловили креветок и черепах, забыв о кораблях неприятеля.©

О боже, почему я до сих пор этого не посмотрела?
О боже, какое счастье, что я увидела это сейчас!
Давно так не плакала — почти с начала и до финальных титров.
Совсем забыла, что у слёз может быть столько оттенков.
Вряд ли я сейчас смогу спокойно говорить об этом.
Вряд ли я вообще когда-нибудь смогу об этом рассказать.
Просто... спасибо, что случился в моей жизни.
Спасибо, Доктор!

@темы: фильмы, персоносфера, Доктор Кто

Шкатулка впечатлений

главная